— «Цветок сливы», — вздохнул Павел, а Надежда в который раз поразилась, какой у нее умный муж.
— Встань на то же место и следи, может, она и придет обедать. Или мужчину того увидишь, про нее спросишь…
— Только это мне и остается, — уныло сказал Павел Петрович. — Однако пойду я, может, она еще вечером позвонит…
— Да у тебя же автоответчик, а мы сейчас поужинаем… Надя! — крикнул муж. — Да куца же ты пропала?
Надежда, до этого боровшаяся с котом, метнулась к балконной двери, чтобы ее не застали за недостойным занятием, но попробуйте бежать «гусиным шагом»! Пришлось плюхнуться на четвереньки и добираться до двери ползком. Что подумает старуха на верхнем балконе, Надежде было все равно.
Кот успел на кухню раньше: он просто прыгнул с балкона на подоконник раскрытого окна.
Вторник, 20 июня
На следующий день с утра стояла жуткая жара.
«У нас всегда так, — подумал Павел Петрович, — или уж дожди на месяц зарядят, а если солнце, то так шпарит, что сваришься живьем!»
Он провел отвратительную ночь — было душно, кусали комары и орали веселившиеся во дворе подростки. Впрочем, Павел Петрович и так не спал. Он корил себя за легкомысленное поведение и давал себе слово, что больше не взглянет ни на одну особу младше пятидесяти. И печень бы нужно обследовать, и кофе меньше пить, туг жена абсолютно права.., с этой мыслью Павел Петрович наконец заснул, но сон его был тяжелый и не принес бодрости.
С утра никто ему не позвонил, и теперь Павел Петрович остановил машину напротив китайского ресторана «Цветок сливы» и откинулся на спинку сиденья, приготовившись к длительному ожиданию. Над входом в ресторан покачивались круглые бумажные фонарики. На большом витринном стекле красовалась улыбающаяся краснощекая девушка в китайском национальном костюме рекламный плакат, немного отклеившийся с одного угла, и точно такая же девушка, только живая, стояла в дверях, улыбаясь и кланяясь входящим посетителям.